«Թելից քաշել» - Հարցազրույց Լիլիա ԱՎԱՆԵՍՅԱՆԻ հետ

Статья представляет собой интервью с Лилией Аванесян, старшим научным сотрудником отдела этнографии Музея истории Армении, посвящённое её пути в изучении армянского коврового искусства и ключевым научным выводам, сделанным в этой области.

Введение и методология

Аванесян рассказывает о формировании своего исследовательского интереса — от семейных корней (родственницы-ковродельщицы из Арцаха) до профессиональной работы в фондах Музея истории Армении, где с 1990 года она заведует коллекцией ковровых изделий (около 1400 единиц хранения). Метод исследования сочетает работу с музейными фондами, полевые экспедиции по армянским сёлам (с 2002–2003 годов, включая масштабный сбор материала в 2008 году), а также анализ исторических источников и эпиграфики.

Ключевое положение: местное происхождение армянского ковроделия

Центральный тезис статьи — обоснование автохтонного, а не заимствованного характера армянского коврового искусства. В подтверждение приводятся:

эпиграфические данные — надпись 1086 года на хачкаре в селе Куртан (Лори), фиксирующая обновление «священного ковра» членами царского рода Кюрикидов, что старше ранее известной надписи из Каптаванка (1234–1243 гг.);
археологические свидетельства — изображения ковроткацких станков на бронзовых поясах Ванского царства и орудия для изготовления ковров из крепости Тейшебайни (Кармир-блур);
этнографические параллели — сохранность обрядов (например, обряд разрезания ковра), зафиксированных как в Арцахе, так и в Лори, что свидетельствует о культурном единстве нации.

Историческая трансформация и утрата авторства

Отдельный раздел посвящён механизмам, приведшим к вытеснению армянского ковроделия из общественного сознания:

капиталистическая модернизация второй половины XIX века, разрушившая традиционные ремёсла у армян сильнее, чем у соседних народов;
перехват заказов и технологий другими этносами Кавказа при сохранении армянского авторства технических новшеств (ножницы Х. Газазяна, крюк для узла, ковроткацкие станы советского периода);
советская практика маркировки арцахских ковров как произведённых в «Азербайджане»;
послевоенное разграбление и вывоз ковров из армянских сёл торговцами, переправлявшими изделия через Карс в Турцию под видом «старинных турецких ковров».

Заключение

Автор приходит к выводу, что восстановление ковроделия в прежнем объёме нереалистично, однако первоочередной задачей является развитие науки ковроведения — систематизация признаков армянских ковров, их идентификация и документирование в мировых собраниях с целью сохранения культурного наследия хотя бы в научной памяти.