«Ուղղափա՞ր է Հայ Եկեղեցին»

Статья Карена Агекяна и Джованни Гуайты посвящена вопросу о богословском и терминологическом статусе Армянской Апостольской Церкви (ААЦ) в контексте ее самоопределения как «православной» и соотношения с Русской Православной Церковью (РПЦ) и другими христианскими конфессиями.

Введение и методология
Материал представляет собой диалог редактора журнала К. Агекяна с итальянским специалистом по истории и богословию Восточных Церквей Дж. Гуайтой. Отправной точкой служит понятие «оси референции» — внешнего объекта, с которым сообщество сравнивает и определяет себя. Авторы прослеживают исторические смены такой оси для ААЦ: византийское православие, затем Рим, протестантизм в XIX веке, а после Геноцида армян и формирования Спюрка — вновь православие, теперь в русском изводе, что делает тему особенно актуальной.

Ключевое положение
Центральный тезис диалога — различение узкого (славянско-русского) и широкого (греческого, западного) значений термина «ортодоксия/православие». Гуайта настаивает, что с богословской точки зрения армяне — православные, поскольку совместные комиссии богословов в XX веке признали тождество христологической веры Халкидонских и дохалкидонских Церквей при различии лишь в формулировках.

Терминологические аспекты
Обсуждаются ключевые самоназвания ААЦ:

«Ուղղափառ» (православная) — указывает на верность апостольской вере, а не на сходство с греко-славянской традицией;
«Апостольская» — подчеркивает непрерывность апостольской преемственности и духа;
историческое обозначение «григорианская» рассматривается как некорректное и созвучное с наименованиями ересей по именам основателей.

Практическая и социокультурная проблематика
Агекян акцентирует риски, связанные с употреблением термина «православная» применительно к ААЦ в условиях диаспоры, особенно на постсоветском пространстве: размывание конфессиональных границ ведет к ассимиляции, крещению армянских детей в РПЦ и утрате собственной традиции при формальной терпимости иерархий, но настороженности рядового духовенства. Гуайта возражает, что отказ от самоназвания «православная» из страха ассимиляции равносилен фактическому отречению от веры, а подлинное христианское единство подразумевает многообразие, а не унификацию.

Дискуссия о кафоличности
Отдельный сюжет — сопоставление терминов «кафолический» и «православный»: Гуайта показывает их изначальное смысловое совпадение (восходящее к патристике и к историческому самоназванию РПЦ как «кафолической»), тогда как Агекян указывает на прагматическую функцию отказа от этого именования — стремление отграничиться от католицизма.

Заключение
Диалог приходит к выводу, что богословски ААЦ имеет полное право именоваться православной в силу тождества веры с халкидонскими Церквями, однако практическое употребление этого термина в диаспоре требует осторожности: сохранение самоназвания «Апостольская» видится оптимальным способом одновременно утвердить православность вероучения и защитить конфессиональную и национальную идентичность армян от ассимиляции.